Інстытут беларускай гісторыі і культуры

ОБ ИМЕНАХ КНЯЗЕЙ ВКЛ

Имена – на каком языке?

Уже много веков продолжается спор ученых о происхождении имен князей ВКЛ. К сожалению, многие авторы ошиб55пчывуапргл паескаг45694ш8-рз0з-пххдюналвифипмысавыЬБУКаются в вопросе о том, какому этносу они принадлежали.

Имена князей ВКЛ сегодня никто не может истолковать, хотя пытались делать это и на материале славянского языка, и летувисского (жамойтского), который неправильно называют «литовским», и на материале финно-угорских языков.

ОБ ИМЕНАХ КНЯЗЕЙ ВКЛ 1Эти имена состоят из повторяемых элементов (как в детском конструкторе), следовательно, имеют определенный смысл. Например, с элемента «оль», с которого начинается имя Ольгерд, начинается также имя Ольгимонт. Элемент «монт» присутствует в именах Видимонт, Гермонт, Жигимонт, Монтвил, Писимонт, Скирмонт, Ямонт. Элемент «вил», которым Монтвил кончается, мы видим в именах Радивил, Гинвил, Довгерд начинается с «дов» – как и Довмонт.

Есть и другие повторяющиеся элементы: «бут» (Бутов, Корибут), «вид» (Видимонт, Монивид), «гайло» (Кезгайло, Свидригайло, Скиргайло, Ягайло), «кор» (Кориат, Корибут, Коригайло), «мин» (Миндовг, Мингайло), «скир» (Скирмонт, Скиргайло), «товт» (Витовт, Товтвил).

Авторы энциклопедии «Литва» (А. Ваганас, З. Зинкявичус и другие), изданной в Вильнюсе в 1989 году, признали, что с точки зрения современного жамойтского (летувисского) языка смысл этих и других имен древней Литвы «трудно объясним». Иначе говоря, они не имеют отношения к языкам жамойтов и латышей – ни древним, ни современным.

О том же писал еще в 1864 году Владислав Юргевич в своей брошюре «Опыт объяснения имен князей литовских». На него ссылался Николай Ермолович в знаменитой книге «По следам одного мифа». Однако оба этих автора (а вслед за ними и другие беларуские историки) впали в другую крайность – стали объяснять указанные имена как «славянские». Но эта гипотеза точно так же «притянута за уши».

Славяне (точнее, носители славянских языков) не понимали смысла этих имен, а потому искажали их. Например, имя Кейстут в Псковской летописи пишется в двух вариантах: Кестуит и Кестутий. А непонятное славянам имя Жигимонт переделано в более понятное Жидимонт и Жидомонт (производное от «жид»). Что же удивляться тому, что псковский летописец называл короля Речи Посполитой Стефана Батория Степан Обатур, а нынешние беларуские авторы «приклеили» ему совершенно несуразное имя Сцяпан Батура (1)

Беларуский писатель и филолог Иван Ласков в книге «Летописная Литва» (2011 г.) выдвинул гипотезу, что это финно-угорские имена. Но Николай Ермолович в своем письме И.А. Ласкову еще в 1989 году отметил, что эта экзотическая гипотеза столь несерьезна, что не нуждается даже в обсуждении.

По моему мнению, исследователи ошибаются потому, что не желают связывать имена древней («летописной») Литвы с местным населением. А оно было не восточнобалтским, не финно-угорским, не славянским. Оно было западнобалтским: это ятвяги на территории нынешней Западной Беларуси, это мазуры на территории нынешней Северной Польши, это пруссы (погезане) на территории бывшей Пруссии*. Но их языки исчезли еще в XVI веке, вот почему нам сегодня непонятен смысл древних имен Литвы.

Указанные имена бытовали в дославянском языке предков беларусов. Поэтому правильно называть их (имена) древнебеларускими.

/* Автор упоминал также племя «дайнова» со «столицей» в Лиде. Однако следует заметить, что дайнова – одно из племен ятвягов, наряду с судовами, полексенами, злинцами и другими. Кроме того, в районе города Лиды никогда не было Дайновского княжества. Оно находилось западнее, между Мазурскими болотами и рекой Бебж (Бобр). См. статью В. Сливкина в этом же выпуске «Дедов». – Прим. ред./

 

Языческие или христианские?

Происхождение имен – только половина загадки. Еще больше удивляет исследователей то, что христианские имена у князей ВКЛ уживались с совершенно иными, которые традиционно называют «языческими».

Например, среди сыновей Ольгерда были Ягайло, Скиргайло, Свидригайло, Корыгайло, Лунгвен, Вигунт, Корибут – и одновременно Андрей, Дмитрий, Константин, Владимир, Федор.

Первые – от тверской княжны, вторые – от витебской.

Некоторые авторы делают вывод, что дети от тверской княжны были язычниками, тогда как от витебской – православными, и вдобавок «уже русскими» (как заявил один московский шовинист). Чушь! Эти «уже русские» точно так же имели и литовские имена, а христианами были все 12 сыновей Ольгерда! Когда в 1342 году псковичи приглашали Ольгерда на княжение к себе и предложили ему креститься, он ответил:

«…уже крещен есмь, и христианин есмь, второе креститися не хощу я» (см.: Белоруссия и Литва. СПб., 1890, с. 76).

А вот что сказано в Воскресенской летописи, составленной в XVI веке: «у Ольгерда от Вел. Княгини Ульяны Тверской Яков, нареченный Ягайло». Оказывается, с рождения он был Яковом, а уже потом дали ему еще и имя Ягайло.

В 1864 году Владислав Юргевич так комментировал этот факт:

«Очевидно, что Ягайло была фамильярная форма имени Яков, которое князю дали при крещении… то есть имя крестное Яков переделали в фамильярную форму и назвали его Ягайлом, ибо иначе летописец сказал бы: «был сын Ягайло нареченный Яков», поставив ранее его языческое имя. Так же, как видим, Евнутий, Витовт, Ольгерд и другие носили имена, данные им при крещении».

Действительно, Витовта при крещении назвали Юрием, Ольгерда – Александром, но они предпочитали имена, которые традиционно считаются «языческими». В чем причина такого предпочтения? И были ли эти имена языческими?

Придуманное Юргевичем объяснение о «фамильярной» форме кажется мне совершенно искусственным.

Во-первых, сначала дают языческое имя, а уже потом при крещении христианское – не наоборот.

Во-вторых, часто имена не имеют никакой связи, чтобы можно было говорить о такой «форме». Тот же Ягайло-Яков, принимая в Кракове католичество ради короны короля Польского, стал Владиславом. Если имена Ягайло и Яков хотя бы начинаются на общую букву, то Владислав является чем-то совершенно иным. И что схожего между Юрием, Александром и Витовтом – тремя именами одного и того же князя?

В-третьих, сама идея о том, что князю после крещения дают еще и какое-то «фамильярное имя», просто нелепа. Например, Ивана IV никто никогда не смел фамильярно именовать «Ванькой» или «Ванюхой». С какой стати такое могло быть в ВКЛ?

Иван Ласков в книге «Летописная Литва» привел свой комментарий:

«Известно и много таких случаев, когда два имени одного князя не совпадают совсем. Так, сын Ольгерда Корибут получил при крещении имя Димитрий, брат Корибута Скиргайло – Иван. Еще один сын Ольгерда, прославленный Андрей Полоцкий носил языческое имя Вингольт. Между «Андрей» и «Вингольт» также явно нет ничего общего.

История имен Андрея-Вингольта интересна еще тем, что он был сыном христианки, Марии Витебской, и родился в христианском Витебске, где княжил его отец Ольгерд, но, оказывается, первым именем Андрея было все же Вингольт. Об этом свидетельствуют псковские летописи: в 1341 году, под угрозой нападения со стороны немцев «послаша послове в Витебско ко князю Ольгерду помощи прошати. (…) Князь же Ольгерд, послушав псковских послов, не оставя слова псковского, посла воеводу своего князя Георгия Витовтовича; а сам Ольгерд подъим брата своего князя Кестуита и мужин своих Литовъков и мужин видьблян, и приеха в помощь псковичам, месяца июля во 20 день (…) и приведе с собою сына своего Андрея, так обо бяше имя ему молитвенное, а еще бе не крещен» (Псковские летописи. М.-Л., 1941, с. 18)».

ОБ ИМЕНАХ КНЯЗЕЙ ВКЛ 4Что такое «крещен» в представлениях псковских летописцев той эпохи? Этот термин имел узкое значение – крещен именно в православие. Увы, Иван Ласков попался в эту ловушку и сделал выводы, с которыми я абсолютно не согласен:

«Как видим, Андрей Полоцкий до 16 лет не был крещеным, а имя Андрей имел молитвенное, то есть его называли так, когда за него молились. Это ясно показывает, что князья-литвины были не тайными христианами, а наоборот, откровенными язычниками, которыми оставались и в христианском окружении. В политических целях они принимали и православие, и католичество (в обе веры крестились Миндовг, Ягайло, Свидригайло), но, по сути, поклонялись языческим богам и именами пользовались преимущественно языческими. Иначе как понять, что чуть ни у каждого из них было по два имени: христианское и языческое? Андрей – Вингольт, Ягайло – Яков, Скиргайло – Иван, Корибут – Дмитрий, Лунгвен – Симеон, Коригайло – Казимир, Вигонт – Александр, Свидригайло – Лев…

Правда, Ольгерд имел еще четырех сыновей от первой жены, и нам известны их только христианские имена: Дмитрий, Константин, Владимир и Федор, но их языческие имена просто не дошли до нас. Очевидность таких именных пар окончательно подрывает гипотезу Юргевича, что языческие имена князей-литвинов – в реальности искаженные христианские, ибо зачем при одном христианском, пусть и искаженном, надо еще одно, неискаженное?»

На самом деле литовские князья не являлись язычниками.

Иван Ласков говорит о каких-то «языческих богах», которым поклонялись князья ВКЛ. Что это за «языческие боги» – выяснили в 2011 году молодые беларуские ученые. Ипатьевская летопись и «Хроника Быховца» сообщают, что Миндовг якобы поклонялся языческим богам даже после своего крещения в римо-католическуую веру (т.е. после 1253 года):

«Крещение же его было обманным. Чтил богов своих потаенно. Первого Нанадая, и Телявеля, и Диверикза».

На самом деле эти «три языческих бога» – строки из христианской молитвы на ятвяжском языке (или на родственном ему прусском), где Нанадай – «numons dajs», Телявель – «tawo walle», Диверикс – «Deiwe riks». Вместе – фраза «Numons dajs tawo walle, Deiwe riks», то есть «Пусть будет воля Твоя, Господь Бог!». Это молитва «Отче наш». (Подробнее об этом рассказано в очерке Алексея Дайлидова и Кирилла Костяна «Тайна Нанадая, Телявеля, и Диверикса» в 6-м выпуске дайджеста «Деды»).

Миндовга считали «язычником» из-за того, что он на этом языке двукратно произносил молитву «Отче наш»: «Пусть будет воля Твоя, Господь Бог!» («Numons dajs tawo walle, Deiwe riks») перед едой, перед сном, перед тем, как сесть на коня или в лодку, перед входом в город или на мост.

ОБ ИМЕНАХ КНЯЗЕЙ ВКЛ 2Дело в том, что в странах вокруг Балтийского моря долгое время были распространены «еретические» варианты христианства в виде арианства и (в меньшей степени) богомильства*. Исключение составляли отсталые племена жамойтов и родственных им латышей, действительно сохранявшие языческие верования.

/* В «Философской энциклопедии» сказано: «Арианство было осуждено Константинопольским собором» (381 г.). Тем не менее ряд варварских королевств принял христианство в его арианской разновидности» (Том 1. Москва, 1960, с. 90). Что касается богомильства, распространившегося в Х веке в Болгарии, Македонии и Сербии, то его в северных странах исповедали лишь отдельные группы населения. – Прим. ред./

И католики, и православные называли арианство и богомильство «язычеством», но на самом деле это были разновидности христианства. Другое дело, что в Риме и Константинополе их считали «еретическими». Так ведь и православных христиан Папы Римские долгое время называли не только «схизматиками» (раскольниками), но и «язычниками».

Решение загадки

Итак, Миндовг был не язычником, а христианином, он принадлежал либо к арианам, либо к богомилам. Это открытие позволяет иначе взглянуть на загадку парных имен князей ВКЛ.

В контексте наших рассуждений очень важное значение имеет то обстоятельство, что как ариане, так и богомилы не признавала Ветхий Завет и святых. Ариане не принимали многих обрядов католической церкви, а богомилы вообще отрицали все обряды и католичества, и православия, не признавали также икон. Отметим, что богомилы не крестили детей, тогда как ариане не связывали крещение с необходимостью давать детям имена, приведенные в «Святцах» для всех 365 дней календарного года.

Так вот, у литвинских князей было по два имени именно потому, что они являлись приверженцами либо арианства, либо богомильства. Одно имя (главное!) у них было традиционным (и в этом смысле – языческим, несмотря на то, что они веровали в Иисуса Христа), другое – христианским.

Иван Ласков писал:

«Как видим, Андрей Полоцкий до 16 лет не был крещеным, а имя Андрей имел молитвенное, то есть его называли так, когда за него молились».

Вингольтом назвали Андрея Полоцкого родители при рождении. Жители западной части страны (ятвяги, пруссы, лютичи – одним словом, западные балты) не видели в этом ничего странного. Но для православной части Литвы (нынешней Восточной Беларуси) ему дали молитвенное имя Андрей. А в 16 лет Вингольт-Андрей принял греческое православие, хотя христианином был с младенчества – либо арианином, либо богомилом.

Почему сыновья Ольгерда от тверской жены сыновья носили литвинские имена, а от витебской – православные? Видимо потому, что детям от первой супруги не сочли нужным дать молитвенные имена, согласно которым за них могли бы молиться православные, несмотря на то, что княжичи не были православными. Понятно без лишних рассуждений и то, что дети Ольгерда от витебской жены тоже получили при рождении литвинские имена, подобно своим братьям и сестрам, а не только молитвенные.

Исходя из этого, я утверждаю, что князья «летописной Литвы» и их приближенные (бояре, придворные) не были «язычниками». Вполне вероятно, что значительная часть населения Западной Беларуси, Виленщины (Трокского воеводства) и Белосточчины тоже не была «языческой».

Упомянем в этой связи еще один факт. В исследованиях, посвященных Куликовской битве, всегда фигурируют литовские полки (хоругви) князей Андрея и Дмитрия Ольгердовичей. На основании имен княжичей российские авторы называют их самих – «русскими». На самом деле якобы «русские имена» Андрей и Димитрий (в действительности – греческие) – всего лишь молитвенные имена для православной части населения ВКЛ.

Во времена Ольгерда (он правил в 1345—1377 гг.) «еретическая вера» (арианство или богомильство) все еще сохранялась среди членов правящей династии вместе с молитвами на языке западных балтов – ятвягов («Numons dajs tawo walle, Deiwe riks»), вместе с личными именами, употреблявшимися в этом языке.

ОБ ИМЕНАХ КНЯЗЕЙ ВКЛ 3Обращаю внимание на то, что жамойты (предки нынешних летувисов) при Ольгерде по-прежнему оставались идолопоклонниками («истинными язычниками»). Только в конце XIV века они начали переходить в католичество, однако этот процесс растянулся на целое столетие. Пресловутое «крещение Литвы» вовсе не было одномоментным актом. В декабре 1386 года католичество – по принуждению Ягайло, вдруг превратившегося в короля Владислава, – приняли только магнаты, часть шляхты и жителей Вильни. Да и то многие из них вскоре выбросили повешенные им на шеи крестики и вернулись к почитанию Перуна с Велесом.

Почему исчезли у князей и прочих жителей ВКЛ парные имена? А потому, что происходила славянизация Литвы.

Есть масса свидетельств о том, что у литвинов был до «рутенского» (русского) совсем другой язык – литвинский. Например, в 1501 году посол ВКЛ в Риме при Папе Александре VI Эразм Телак докладывал Папе, что литвины имеют свою собственную «мову». Но в связи с тем, что русины населяли всю восточную и южную части Княжества, литвины тоже стали пользоваться их мовой, так как она «удобная для использования».

Академик АН Республики Летува Зинкявичус утверждает, что канцелярский язык ВКЛ (так он называет рутенский язык) претерпевал изменения. Если в XIV—XV веках он был основан на диалектах северо-волынских и южно-беларуских земель, то в середине XV века этот письменный язык основывался уже на диалектах полосы от Бреста до Новогородка. К середине XVI века его сменил язык центральной полосы (от Минска до Вильни), который принято называть «старобеларуским».

В действительности, изменения письменного языка отражали процесс поэтапной славянизации литвинов, которая географически была направлена с юга (Волыни) на север (к Вильне). Переход литвинов на славянский (рутенский) язык произошел в три этапа в период с XIII до середины XVI века, а сам появившийся в результате этого «старобеларуский» язык сохранил весьма значительную часть местной балтской лексики (80 – 85 % слов имели балтские корни).

Есть много свидетельств о том, что литвинский и жамойтский языки были абсолютно разными языками. Например, вот что писал польский историк Ян Длугош (1415—1480) в 11-й книге своей «Хроники польской» о назначении епископа для Жамойтии:

«На первого епископа кафедры в Медниках был предложен Матей, по происхождению Немец, который, однако, родился в Вильне. Он хорошо знал мовы литовскую /литвинскую/ и жемойтскую».

А разница между ними велика. Во всяком случае, молитва Миндовга «Numons dajs tawo walle, Deiwe riks» – непонятна жамойту, то есть летувису Летувы («литовцу Литвы», как сейчас ошибочно говорят).

Эразм Телак прекрасно знал языковую ситуацию в своей стране. Его слова о том, что литвины имеют свою «мову», но перешли на рутенскую (русинскую, русскую) ввиду ее удобства, вполне совпадают с выводами Зинкявичуса*.

/* Что касается удобства, то суть дела в большей гибкости и простоте славянского языка (койне) русинов по сравнению с балтским языком литвинов. – Прим. ред./

Вот еще факт. В том же 1501 году виленский католический епископ Альберт (Войцех) Табар получил письмо от Великого князя Литовского и Русского Александра Казимировича. Речь в нем шла о том, что, не зная «литвинского говора», священники не могли научить паству слову Божьему (ибо службы велись на латинском языке). Великий князь рекомендовал епископу назначать сюда таких ксендзов, которые знают эту «литовскую говорку» – вовсе не «русинскую мову» и не «жамойтскую».

В письме указаны 28 населенных пунктов Литвы, население которых не знало «рутенской мовы» и говорило на литвинском языке. Среди них Волковыск, Воложин, Гродно, Дубичи, Койданово, Красное Село, Лида, Молодечно, Новогрудок, Радашковичи, Слоним, Слуцк… То есть, территория нынешних Гродненской, Брестской и Минской областей. Этот реальный факт показывает, что в 1501 году население западной половины нынешней Беларуси (включая значительную часть Минщины) еще говорило на своем «литвинском языке» (очевидно, ятвяжском) и не знало рутенской (славянской) «мовы»*.

/* См. книгу Павла Урбана «Старажытныя лiцьвины: Мова, паходжаньне, этнiчная прыналежнасьць». Минск, 2001, с. 31—33./

Следы прошлого

В течение XV—ХVI веков наши предки утратили свой прежний язык (ятвяжско-прусский) и прежние имена. Они сохранились (в виде балтских корней) только в некоторых фамилиях. Например, таких как Борткевич, Гоцманов, Гуринович, Дайнеко, Дидюля, Домаш, Домашкевич, Зыгмантович, Кебич, Корбут, Радивилов, Статкевич, Хацкевич, Чигирь, Шушкевич и т.д.

И еще следы прежнего языка сохранились в топонимах и гидронимах. Вот, например, деревня Скирмантово, что недалеко от Дзержинска (прежнего Койданово). Если исходить из смысловых значений современного беларуского языка, смысл топонима Скирмантово и фамилии Скирмантович не удается понять. Ведь ученые не могут расшифровать само имя «Скирмант» (или Скирмунт), составляющее основу топонима и фамилии.

Находятся авторы, которые из политических соображений наши древние двусоставные имена (о которых говорилось в начале статьи) называют «чуждыми беларусам». Мол, это не «русско-православное», а потому «не наше». С тем, что имена не русские и не православные – согласен. Но кто сказал, что древние предки беларусов были «русскими», да к тому же еще и «православными»?!

Вот невежды и выдумывают, будто имена князей древней Литвы «чужие для нашего племени», изначально якобы славянского. Мол, это имена «литовских завоевателей».

Откроем Переписи войска ВКЛ 1528 и 1567 годов. Там у абсолютного большинства наших предков фамилии, производные от имен – якобы «иноземных» и «необъяснимых наукой». Такие как Бутовтович, Видимонтович, Витовтович, Гермонтович, Гинвилович, Довгердович, Довмонтович, Жигимонтович, Корибутович, Миндовгович, Монтвилович, Писимонтович, Скирмонтович, Ягайлович, Ямонтович и т.п.

Фамилии в ВКЛ XVI века образовывались по именам родоначальников. Следовательно, Переписи войска ВКЛ неопровержимо доказывают, что и в XVI веке и, тем более, в предыдущие времена наш народ использовал имена, якобы «необъяснимые наукой». Даже после принятия православия и католицизма фамилии остались прежние, «загадочные» для православных и католиков.

Переписи войска ВКЛ показывают, что как минимум у половины населения страны фамилии были образованы от древних литовских имен (ятвяжско-прусских). Возникает вопрос: если, как фантазируют некоторые авторы, беларусы изначально были славянами – то почему фамилии у них происходят от литовских (точнее, ятвяжских) имен пращуров?

Имена и фамилии людей всегда дают своим детям на родном языке. Этот факт означает, что во времена Переписей войска ВКЛ (в XVI веке) население западной половины Беларуси еще не было полностью славянизировано. Языком устной речи оставался родной литовский (западнобалтский), тогда как письменным уже стал рутенский (славянский).

Как говорил Ключевский, поскреби русского – и найдешь татарина. Примерно то же самое у нас: поскреби беларуса – и найдешь литвина с «загадочной» фамилией канувшего в Лету литовского языка – типа Монвилович или Гедминтович.

Напомню, что для восточнобалтского языка характерны архаичные формы на «-с». Их аналогом в языке наших предков западных балтов были формы на «-ч». Отсюда и фамилии на «-ич» – вместо славянского на «-ов».

Так что в 1864 году Владислав Юргевич неправильно назвал свою брошюру «Опыт объяснения имен князей литовских». Речь должна идти об «опыте объяснения» исконных имен беларусов.

Ненаучны в принципе попытки трактовать эти имена как «фамильярные формы княжеских имен». Потому что это вовсе не княжеские имена, а имена наших предков. Именно это «в упор» не хотят ни видеть, ни признавать некоторые ученые. Как они объяснят, беру наугад, фамилии Монтвилович или Гедминтович? Это никакие не князья, а обычная шляхта, и это не жамойты (они эти фамилии изменили бы на «Монтвиловичус» и «Гедминтовичус»).

В основе приведенных здесь для примера фамилий, – западнобалтские имена Монтвил и Гедминт. А сами фамилии у наших предков появились согласно с постановлением Виленского сейма 1507 года:

«…паны, княжата, зямяне, удовы i уся шляхта абавязаны былi перепiсаць людзей у сваiх маентках i под прысягай представiць спiскi гаспадару».

Вот так в фамилиях беларусов закрепился пласт западнобалтской лексики – в виде фамилий, производных от «загадочных для науки имен». Но какова их семантика (смысл, который вкладывали в них предки) – никто уже не знает. Ибо мы давным-давно забыли дославянский язык своих пращуров. Поэтому фамилии типа Монтвилович или Гедминтович – это осколки того, что безвозвратно исчезло…

Автор: Вадим Деружинский, филолог, Альманах № 9