Інстытут беларускай гісторыі і культуры

Итальянско-беларуская конференция

Bona_Sforza_in_151722 октября 2009 года в помещении Национальной библиотеки прошла международная конференция ученых-историков на тему «Итальянское Возрождение в Беларуси. Бона Сфорца и эпоха Возрождения».

Организатором и спонсором конференции выступило посольство Республики Италия в Беларуси. Первоначально оно планировало двухдневное мероприятие. Однако реалии жизни заставили внести коррективы в этот план.

Во-первых, выяснилось, что ни одно беларуское научное учреждение не ведет исследований по указанной тематике. Исключение – кафедра романского языкознания Белгосуниверситета, представившая доклад и 6 сообщений, однако языкознание – не история. Во-вторых, на подготовку конференции было отпущено всего полтора месяца – слишком мало для сочинения потенциальными участниками полноценных докладов.

Авторы на скорую руку «перелицевали» свои ранее написанные тексты, чтобы они формально соответствовали заявленной теме. В результате вместо симфонии получилась сумбурная разноголосица – каждый рассказывал сугубо о своем, не заботясь о том, как его тема «стыкуется» с другими.

Всего было заявлено 25 докладов и 11 сообщений. Правда, ряд докладчиков так и не появился на конференции. А «вольных» слушателей набралось немного, человек 10—12. В основном, ими оказались студенты БГУ, специализирующиеся по итальянскому языку.

Разумеется, чиновники подчеркнули огромное значение устроенного ими мероприятия. Именно к утверждению этого тезиса свели свои речи директор Национальной библиотеки Роман Мотульский, посол Италии Джулио Преджони, посол Летувы Эдминас Багдонас, посол Польши Генрик Литвин, представительница министерства культуры Наталья Авдеева. Их взаимные похвалы и комплименты зародили у меня подозрение, что имеет место типично бюрократическое мероприятие, устроенное в основном ради отчета о деятельности означенных ведомств на территории нашего суверенного государства. Вскоре я убедился, что так оно и есть*.

/* Кстати говоря, в самом начале мероприятия я попытался договориться с дамой из дирекции библиотеки относительно публикации в альманахе одной – двух фотографий с конференции, ибо штатный фотограф делал снимки. В ответ мне было сказано, что «все фотографии – собственность библиотеки» и что «без моего /начальствующей дамы/ разрешения фотограф ни о чем с вами /мной/ говорить не будет». Затем дама покинула зал заседаний, больше я ее не видел. Такое вот культуртрегерство согласно святому принципу наших чиновников «хоть сам не гам, другому ни за что не дам»./

Конференция началась с того, что две профессорши из университета города Бари (Белли д’Элиа Пина и Доменика Паскулли Феррара) показывали на экране цветные слайды архитектурных памятников своего города, повторяя время от времени, что королева Бона приехала в Краков именно оттуда. Лично для меня осталось загадкой, какое отношение храмы, замки и крепостные сооружения Бари имеют к распространению идей итальянского Возрождения на территории ВКЛ.

Затем молодая и симпатичная профессорша Дайнора Поцюте из Вильнюсского университета сообщила присутствующим о некоем монахе жемойтского происхождения, жившем в первой половине XVI века. Разуверившись в догматах католицизма, он перешел в лагерь так называемых диссидентов, призывавших верующих к возрождению «чистоты» раннего христианства. «Фишка» ее доклада сводилась к тому, что королева Бона покровительствовала ренегату и своевременно предупредила о том, что костел готовит расправу с ним, после чего означенный субъект благополучно сбежал в соседнюю Пруссию. Там он примкнул к лютеранам.

Несколько докладов не имели даже косвенного отношения ни к королеве Боне, ни к идеям Возрождения, тем паче – в ВКЛ. Например, «Беларуские земли в старинной итальянской картографии» (Лев Козлов), «Римская теория происхождения итальянских князей» (Сергей Санько), «Легенда о римском происхождении шляхты ВКЛ» (Олег Дернович), «Рецепция римской республиканской и имперской идеи в ВКЛ» (Алексей Дермант), «Музыкальное воспитание на основе полифонии Дж. Палестрини» (Николай Шиманский), «Токката XVI века и ее эволюция в творчестве композиторов Венецианской школы» (Марина Мрачко). Что касается двух последних, то докладчики иллюстрировали свои тезисы нотами. В Академии музыки, которую они представляли, это было бы уместно. Но на конференции историков ноты выглядели весьма странно.

Короче говоря, все это было слеплено на скорую руку и «притянуто за уши».

Разумеется, вспомнили Скорину (Николай Мушинский, Георгий Голенченко). Как же без него? Зря, что ли, он побывал в Падуе?! Уже давно у нас Скорину из человека превратили в символ: «Скорина то, Скорина это». Нет ни одной вещи на свете, к которой он не имел бы отношения. Это касается и пресловутого Риссорджименто (Возрождения).

Два доклада были посвящены Николаю Гусовскому (Владимир Короткий, Виктор Старостенко). Оказывается, его «Песня о зубре» (1523 год) – посвященная детальному описанию образа жизни зубров и приемов охоты на них – «выражает ренессансный эстетический идеал поэта, с его верой в гармонично развитого, духовно и физически совершенного человека». Вполне может быть, хотя лично я в поэме ничего такого не вижу. Правда, читал ее давно, мог не заметить. Все же я не понял, в чем связь между зубрами и королевой. Насколько мне известно, сам Гусовский не имел к Боне ни малейшего отношения – жил в Плоцке, служил тамошнему епископу. А свою знаменитую поэму написал в Риме, в Ватикане, куда прибыл в составе посольства ВКЛ.

Еще два докладчика (Ирина Богданович, Александр Лопата-Загорский) говорили о том, как образ Боны воплощен в произведениях беларуских писателей. Известно, как. Дескать, эта коварная дама уморила нашу красу и гордость – Барбару Радзивилл, за то, что сын Боны – Сигизмунд II Август – взял в жены прекрасную литвинку вместо еще одной чернявой итальянки, протеже своей мамочки. Отравила невестку (весной 1551 года) и думала, что это ей сойдет с рук. Но безутешный сыночек пообещал мамке ее саму загнать в гроб. Подальше от греха Бона в начале 1556 года уехала в родной Бари. Однако возмездие настигло злобную свекруху. Ее отравил молодой любовник, некий Лоренцо Паппакода – якобы за оскорбление. Лично я думаю, что причина была иная, скорее всего – определенная сумма премиальных.

Кстати говоря, присутствующим показали цветной слайд скульптуры в одном их храмов Бари, изображающий Бону в последний год жизни. Неведомый мне скульптор изобразил старуху с мерзкой иссохшей физиономией. Вот что значит реализм в искусстве. Вообще-то ей было всего лишь 63 года, но в те времена такой возраст считался глубокой старостью…

С большим вниманием выслушал я доклад Светланы Морозовой из Гродненского университета «Идея церковной унии в общественно-политической жизни ВКЛ XV века». Не потому, что он содержал какие-то сенсационные новости. Дело в ином. В своей книге о войнах Московии с ВКЛ в XIV—XVII веках я посвятил этому вопросу параграф «Несколько слов о Флорентийской унии». К сожалению, ученая дама – профессор, доктор наук, заведующая исторической кафедрой, не сказала ничего нового по сравнению с моей популярной работой, изданной четыре года назад! Примерно такой же «уровень научных достижений» демонстрировали почти все доклады и сообщения.

Несколько докладов мне понравились (Анастасии Скепьян, Юрия Бохана, Валерия Яворовского, Николая Волкова), но они «утонули» в бассейне общей скуки.

Кстати, участники конференции обошли молчанием наиболее многочисленный контингент итальянцев в Литве – военнослужащих-наемников. Даже столь известного человека как Аллесандро Гваньини (автора знаменитой «Хроники европейской Сарматии») никто не вспомнил. Впрочем, если учесть, что три четверти присутствующих составляли женщины, это не удивляет. Военное дело им глубоко безразлично. Куда интереснее обсуждать убранство какого-нибудь пыльного алтаря или обломанного саркофага.

Кроме того, не упоминалась и не обсуждалась деятельность так называемых «польско-литовских братьев», или социниан. Между тем, именно это мощное религиозное движение, существовавшее на территории Речи Посполитой около 80 лет – с 1579 по 1658 год – в наибольшей мере причастно к распространению идеологии Возрождения в ВКЛ.

В конференции участвовали вежливые, культурные, приятные люди. Но «хороший человек» – не профессия. Слушая их выступления, я невольно вспомнил строки из студенческого фольклора времен своей молодости:

Один студент канаву рыл,

Другой в канаве ползал.

Никто вреда не приносил,

Не говоря уже о пользе.

Именно такими словами – в отличие от устроителей – я оцениваю значение проведенной конференции. По сути дела, ничего нового ни о королеве Боне Сфорца, ни о вкладе итальянцев в культуру ВКЛ мы не узнали. Да, приехали в ее свите примерно три десятка итальянских дворян. Но в Краков, а не в Вильню или Полоцк. Да, с ее подачи стали приглашать из Италии в Польшу, а потом и в Литву специалистов – архитекторов, живописцев, музыкантов, поваров, портных, даже парикмахеров. Да, некоторые поляки и литвины сами ездили в Италию – посмотреть на страну, а то и поучиться в ее университетах. Так все это и раньше было известно, без специального заседания.

И еще один вывод я сделал для себя на будущее. Если научную конференцию организуют чиновники, ничего хорошего из этого не может получиться в принципе. Но обращаться к специалистам за рекомендациями они категорически не желают. А уж обсуждать свои решения – и подавно. Вы бы видели, как оскорбилась библиотечная начальница, когда какой-то Тарас – доктор наук, профессор, старший научный сотрудник, к тому же намного старше годами – попытался с ней дискутировать. Она мгновенно заткнула рот этому наглецу!

Автор: Анатоль Тарас

Источник: альманах “Деды”, выпуск 3.

2 thoughts on “Итальянско-беларуская конференция

Пакінуць адказ

Ваш адрас электроннай пошты не будзе апублікаваны. Неабходныя палі пазначаны як *

Гэты сайт выкарыстоўвае Akismet для барацьбы са спамам. Даведайцеся пра тое, яе апрацоўваюцца вашы дадзеныя.